Архив рубрики: ПОРТАЛ

Главный раздел сайта

Дододжон Атовуллоев. Борьба длиною в жизнь.

DodojonВсе мы много слышим сегодня о том, как произошел крах советской системы, как развалился некогда единый советский союз на отдельные национальные республики, как злые и коварные либералы уничтожали наш сложившийся образ жизни и государство в целом.

Нынешние власти фактически всего постсоветского пространства – это люди, некогда состоявшие в КПСС и находившиеся у власти еще со времен существования СССР. Но именно они, сменившие красный партбилет коммунистической партии, сегодня себя называют демократами и реформаторами. О них публикуются книги, статьи, пишутся доклады для различных постановочных внутриреспубликанских форумов и симпозиумов. Но это все как бы официально. На самом деле у истоков постсоветской демократии стояли иные люди. Многие из них даже не были в политике. Это журналисты, режиссеры, писатели и поэты, врачи, учителя и многие-многие другие. Таджикистан не стал исключением.
Когда сегодня говорят слово «демократ», у меня в голове рисуются образы совершенно других людей, нежели современных представителей властвующих верхушек, но когда говорят «демократ до мозга костей» я невольно, но очень четко представляю таджикского журналиста и оппозиционера Дододжона Атовуллоева. И это не громкие слова о конкретной личности, это констатация факта реального существования такого человека с истинными и непоколебимыми представлениями о демократических ценностях.
2 марта 1956 года в городе Пенджикент Ленинабадской области Таджикской ССР в обычной семье родился Додождон. Он рос обычным ребенком, ходил в обычную школу, жил обычной жизнью, как и миллионы советских людей. В конце 70-ых он оканчивает обучение на факультете журналистики Московского Государственного Университета. Уже тогда в голове молодого журналиста зародились мысли о необходимости перемен в закостенелой коммунистической системе. Немаловажную роль в формировании новых для того периода представлений Дододжона о демократических ценностях сыграл известный журналист Отахон Латифи.

Первые вехи свободы слова

1Социально-политический кризис конца 80-ых и начала 90-ых толкнул журналиста Дододжона Атовуллоева в бурлящий политический котел. Уверенный в необходимости перемен Дододжон вступает в ряды молодых демократов еще советского Таджикистана. Трещащий по швам Советский Союз, обреченный на развал, начал рассыпаться. Старо-советская партийная номенклатура с консервативными взглядами и нежеланием идти в ногу со временем, пыталась удержать свою власть и столь привычный для нее образ жизни.
90-ые годы минувшего века для Таджикистана выдались жаркими, на площадях столицы и других городов Республики проходили митинги. Народ хотел перемен. И именно демократы тогда возглавили столь необходимое в стране движение демократических преобразований. Дододжон был среди них.
В 1991 году Дододжон Атовуллоев в городе Душанбе начинает издавать одну из первых свободных и независимых газет Таджикистана – «Чароги руз». Зарождалась новая эра для страны, делались первые демократические шаги. Однако, демократии в Таджикистане не суждено было закрепится. В 1992 году в стране началась гражданская война. Кто прав и кто виноват, еще предстоит разобраться будущим историкам. Виноваты ли те, кто хотел перемен, кто стремился к новому, к достойному или те, кто хотел сохранить то, что имел и как привык жить, на этот вопрос сегодня сложно дать объективный ответ.
В 1992 году Дододжон был вынужден покинуть страну, объятую гражданской войной. В те горячие дни в Таджикистане выстраивалась идеология оружия и силы, а не разума и сердца.

Начало пути в изгнании

n48n-s0224 декабря 1992 года в Таджикистане выходит последний отечественный номер газеты «Чароги Руз». На первой полосе этого выпуска были размещены фотографии известных таджикских журналистов с высказываниями о том, каким они видят свободный Таджикистан, а в самом номере была существенная критическая статья в адрес правительства Эмомали Рахмона.
Это стимулировало власти начать преследовать многих журналистов в Таджикистане, среди них оказался и Атовуллоев. Поддержанный Москвой прокоммунистический «Народный Фронт» объявил охоту на представителей оппозиции, и демократы возглавили черный список политического террора.
Максуд Икрамов – мэр Душанбе на тот момент, который должен был участвовать на мероприятии в Казахстане, зная о начавшихся преследованиях журналистов, предложил Дододжону отправиться с ним в Алматы. Когда они сели в самолет в аэропорту Душанбе, были определенные трудности с вылетом, самолет продержали несколько часов. Однако, по счастливому стечению обстоятельств, им все-таки удалось улететь.
По прилету в Алматы, Икрамов познакомил Атовуллоева с мэром Алматы, поведав историю преследования свободолюбца. Городские власти Алматы всячески поддержали журналиста, оказав помощь с жильем и всячески содействуя ему. Находясь в Алматы, Дододжон продолжал публично выступать, давал интервью всевозможным казахским и международным изданиям, участвовал во всевозможных конференциях и форумах, продолжая обличать преступления властных структур Таджикистана.
В 1993 году Дододжон узнает, что режим Рахмона планирует добраться до него и в Казахстане, в результате он переезжает в столицу Российской Федерации.

Возрождение «Чароги Руз»

1068118260Перебравшись в Россию, Дододжон возобновляет издание «Чароги Руз» теперь уже газеты в изгнании. С 1993 года газета начала выпускаться на трех языках, кроме того, издание подпольно распространялось и в Душанбе.
В тогда еще демократической России, СМИ и масс-медиа широко освещали материалы «Чароги Руз», в частности, выпуски газеты освещались на таких известных телеканалах страны, как «ОРТ», «Россия», «Рен-ТВ». Зачастую материалы «Чароги Руз» попадали в выпуски новостных передач, таких как «Вести».
Сегодня те, кто пришел во власть посредством оружия, стали называть себя демократами, а тогда именно они убивали мыслящих не по коммунистическому шаблону – тех, кто говорил и мечтал о настоящей демократии, о новой и достойной жизни.

«Мы, когда только покинули страну, были романтиками, верили в демократическое братство. Такие термины, как политкорректность и Realpolitik, были нам чужды, нам было важно быть человеком, остаться человеком, умереть человеком…»
Д. Атовуллоев. Пражский Экспресс, август 2013.

Материалы, публиковавшиеся в газете, освещали события в республике, рассказывали читателю о реальном положении дел и творимом беспределе «новой» старой власти. Сам редактор продолжал открыто выступать против кровавого режима, пытающегося тогда укрепиться во власти. Всё это не могло оставить равнодушными тех, кто привык говорить силой. На Дододжона была объявлена открытая охота.
Таджикские власти в течении многих лет неоднократно делали в Россию запросы на задержание и выдачу Атовуллоева, однако его позицию активно поддерживали демократические силы России тех времён, поэтому многочисленные запросы таджикских властей были отклонены.

Участие в диалоге оппозиции и властей

1912041_790869537598955_7332490003241786037_o

В те годы в Таджикистане шла гражданская война, но периодически между оппозицией и таджикскими властями происходили переговоры. Дододжон Атовуллоев принимал участие во всех этих переговорах в качестве делегата со стороны таджикской оппозиции. Кроме того, он освещал положение народа и в годы противостояния, посещал лагеря таджикских беженцев в Афганистане и освещал информацию о трагедии нашего народа.
После подписания мирного соглашения в 1997 году, в Таджикистан должен был вернуться первый самолёт с представителями оппозиции и Дододжон был среди них. В 1997 году он прибывает в Тегеран, встретившись там с Ходжи Акбаром Тураджонзода – одним из известных духовных лидеров Таджикистана времен гражданской войны, который летом и осенью 1992 года обладал большой властью в стране, будучи Верховным Судьёй (Кази Калон) и де-факто первым лицом в государстве в то время. Однако правительство Эмомали Рахмона поставило объединенной таджикской оппозиции (далее по тексту – ОТО) условие о том, что в первом самолете с прилетевшими оппозиционерами не должно быть Атовуллоева и Тураджонзода. Саид Абдулло Нури – глава ОТО, уехал в Душанбе, пообещав уладить этот вопрос, а Атовуллоев и Турачонзода остались дожидаться результата в Тегеране.
Однако, в течение полутора месяцев вопрос не решился и Атовуллоев возвращается в Москву, продолжив работу над газетой «Чароги Руз».
В марте 1998 года Саид Абдулло Нури сообщает Атовуллоеву и Турачонзода о том, что они могут вернуться в Таджикистан, и они оба прилетают в Таджикистан.
После многолетнего изгнания, Атовуллоев, ощущает большую радость, вернувшись на Родину. Однако радости не пришлось долго длиться. Дододжон увидел воочию, что представители оппозиции, получив власть, ведут себя аналогично представителям официальных властей. В стане власть имущих оппозиционеров процветала коррупция и местничество, продавались должности, не было дороги молодым и талантливым специалистам, а настоящей демократией и свободой, за которые Атовуллоев боролся столько лет, там и не пахло – оппозиция, получив власть, превратилась в полное подобие власти Рахмона.

Против всех

1410733484729Разочаровавшись в оппозиции, Атовуллоев в 1998 году уезжает из Таджикистана в Москву, где продолжает работать над газетой «Чароги Руз».
Сразу по приезду в Москву он выпускает статью под названием «Остановка случайных людей», в которой полностью разоблачает представителей оппозиции, допущенных к власти. С того дня Атовуллоев становится противником не только власти Эмомали Рахмона, но и представителей ОТО в правительстве.
В течение нескольких последующих лет Атовуллоев продолжал публикацию критических материалов в адрес новоявленной таджикской власти, на российском информационном пространстве широко публиковалась эта информация, часто цитировалась и освещалась крупнейшими масс-медиа России.
В 2001 году в России происходит смена власти, президентом становится В.В. Путин. Через некоторое время после этого, Атовуллоев получает информацию о том, что со стороны таджикских властей на него готовится покушение. Получив годовое приглашение в Германию, Атовуллоев уезжает в Европу.

8 дней торжества демократии

1373903526_45000_607860499233194_1753392876_n

По приезду в Германию Атовуллоев продолжил деятельность по освещению истинной политической ситуации в Таджикистане, регулярно участвуя в различных общественных мероприятиях и конгрессах, давая интервью зарубежной прессе, добиваясь встреч на самых верхних уровнях европейских правительств.
В 2001 году у Атовуллоева была запланирована встреча с Махмудом Худойбердиевым – полевым командиром и участником гражданской войны в Таджикистане, который не поддерживал ни одну из сторон конфликта и боролся против таджикских властей несколько лет. После подписания мирного соглашения 1997 года Худойбердиев отказался участвовать в мирном соглашении с правительством Рахмона и продолжал боевые действие уже против правительства перемирия.
Встреча Атовуллоева с Худойбердиевым была запланирована в Ташкенте. Перед отъездом Худойбердиев, который очень любил военное дело, попросил Атовуллоева купить для него в качестве сувениров военную форму европейского образца, а также различную военную атрибутику. Атовуллоев накупил ему целый чемодан военных подарков и приобрел авиабилет по маршруту Гамбург-Москва-Ташкент.
В момент, когда Атовуллоев готовился к поездке на встречу с Худойбердиевым и находился в Гамбурге, ему звонили несколько человек. В частности, среди них были такие известные политические деятели Таджикистана, как Абдумалик Абдуллоджонов и Екуб Салимов, а также один человек из окружения Рахмона, имя которого по понятным причинам не озвучивается.
khudoyberdiyev-11-10-01Все они утверждали, что ему не стоит появляться в Москве. Однако, не смотря на все эти предупреждения, Атовуллоев решил поехать. Перед отъездом из Германии, он пообещал сыну оставить ему свой сотовый телефон, но сын забыл его забрать в день отъезда отца, и Атовуллоев забрал его с собой. Именно этот телефон и спас журналиста, о чем мы расскажем ниже.
Атовуллоев прилетел в аэропорт Шереметьево-2, затем отправился в Шереметьево-1, откуда должен был вылететь в Ташкент. При прохождении пограничного контроля у него изъяли паспорт. Российские пограничники без объяснения причин изъяли паспорт, но в зал ожидания его пропустили, сказав, чтобы он дожидался там.
Уже находясь в зале ожидания, Атовуллоев позвонил Акраму Муртазаеву – журналисту “Новой Гезеты”, сообщив, что если этот телефон перестанет отвечать, значит, он арестован. После этого он позвонил в Ташкент, сообщив о ситуации помощнику Махмуда Худойбердиева. Пока он находился в зале ожидание приходило несколько человек, смотрели на него, разглядывали – журналист чувствовал, что обстановка накаляется.
Через некоторое время в зал ожидания нагрянул вооруженный до зубов отряд спецназа в масках. Атовуллоева скрутили и надели наручники, а операция по его задержанию напоминала задержание рецидивиста, который по всем сводкам силовиков проходит с пометкой «вооружен и особо опасен».
Журналиста отвезли в отдел милиции недалеко от аэропорта, где заключили под стражу. Начальник отдела милиции проверил чемоданы Атовуллоева, увидел в них военную форму и атрибутику, которые тот приобрел для Худойбердиева, начал задавать вопросы. Однако Атовуллоев, который всегда возил с собой вырезки из газет со своими статьями, объяснил офицеру, что он не террорист, а журналист, которого таджикские власти преследуют по политическим мотивам.
Атовуллоев разговорился с начальником отделения, тот вошел в его положение и стал симпатизировать журналисту, который даже угостил его настоящими сигаретами Marlboro. Офицер поведал Атовуллоеву, что на него охотятся представители таджикских спецслужб и ему для его же безопасности лучше оставаться под стражей, и «даже сейчас их полно вокруг отделения». Он подчеркнул, что таджикские силовики пытались добиться передачу Атовуллоева в их руки, однако начальство отдела милиции им в этом отказало.
Во время беседы с офицером, Атовуллоев услышал, как дежурный доложил начальнику о том, что в отделение для справки о судьбе Атовуллоева звонило множество журналистов и политиков, в том числе Григорий Явлинский и Ковалев (бывший уполномоченный по правам человека в аппарате Бориса Ельцина). Оказалось, что журналист Акрам Муртазаев, которому Атовуллоев звонил в аэропорту, не дозвонившись до журналиста, поднял на ноги всех кого мог, сообщив о вопиющем факте задержания журналиста.
474f54aa-3fba-4fbc-a77a-4291cf216cb9Из отделения милиции Атовуллоева перевозят в пенитенциарное учреждение для иностранцев в районе «Нижние Мневники». Уже находясь там, Атовуллоев узнает, что о произошедшем написали во всех передовых СМИ мира, в том числе в «New York Times». Обращения к руководству Российской Федерации в срочном порядке было отправлено и дипломатами нескольких стран. В частности, президент Франции Жак Ширак отправил обращение Владимиру Путину, в котором просил не выдавать журналиста таджикским властям. Атовуллоев вспоминает, что это обращение было сделано в печатном виде, но Жак Ширак, увидев в нем ошибку, просто исправил её от руки и поручил немедленно отправить, даже не став тратить время на перепечатку документа. Кроме того, на защиту Атовуллоева встали и немецкие дипломаты.
В тоже время в Москве со стороны таджикских властей был организован специальный штаб во главе с Махмадсаидом Убайдуллаевым, задачей которого было заполучить Атовуллоева. 1395086380_99381500Этот штаб имел поддержку со стороны генерального прокурора и министра внутренних дел России. Однако на деле оказалось, что в свете сложившейся ситуации и беспрецедентного международного давления на российское руководство с целью недопущения экстрадиции журналиста, вопрос о выдаче Атовуллоева Таджикистану на тот момент мог решить только президент Владимир Путин.
Когда Владимир Путин работал в Санкт-Петербурге помощником Анатолия Собчака, Санкт-Петербург и немецкий Гамбург стали городами-побратимами. Мэр Гамбурга имел очень хорошие личные дружеские отношения с Владимиром Путиным еще с тех времен. С целью защитить журналиста от произвола, мэр Гамбурга лично приехал в Москву и встретился с Владимиром Путиным, попросив его содействовать освобождению Атовуллоева.
Атовуллоев вспоминает, что когда он находился в камере, незадолго до его освобождения, его посетил заместитель генерального прокурора Кастоев (впоследствии депутат Госдумы). У них состоялся приватный разговор, в котором прокурор отметил, что журналиста спасла очень сильная международная и российская поддержка, отметив при этом, что даже его супруге звонили сторонники освобождения Атовуллоева и говорили том, что журналиста ни в коем случае нельзя выдавать таджикским властям.
Через 8 дней задержания Атовуллоев был освобождён. Выйдя из учреждения, Атовуллоев увидел, что навстречу ему бежит незнакомая девушка, которая стала обнимать его и поздравлять, она оказалась журналисткой. Атовуллоев узнаёт, что в течение восьми дней множество репортеров ведущих мировых и российских СМИ круглосуточно дежурили у здания колонии, чтобы не допустить тайного вывоза Атовуллоева таджикскими спецслужбами. Он узнает и о том, что все ведущие СМИ России и мира в течение всех этих дней освещали факт задержания журналиста, журналисты, политики и правозащитники в России и мире во всеуслышание поддерживали Атовуллоева, призывая российское руководство освободить журналиста. Атовуллоев вспоминает, что обращения к российскому руководству об его освобождении звучали и на заседании Европарламента.
Прямо из мест заключения Атовуллоева привезли в аэропорт и посадили на рейс в Германию, он вспоминает, что зайдя в самолет, почувствовал пристальное внимание пассажиров. Он подумал, что, наверное, от него плохо пахло вследствие отсутствия нормального душа в течение 8 дней, однако, он ошибался. Оказалось, что на входе в самолет пассажирам раздавали иностранные газеты и журналы, которые пестрили его портретами и историей преследования, задержания и удивительного освобождения, ставшего достижением истинной мировой демократии.
В течение всего времени, пока Атовуллоев летел в Германию, к нему подходили пассажиры, угощали его, расспрашивали, как все произошло, поздравляли. Атовуллоев вспоминает, что этот рейс был его своеобразной пресс-конференцией, только не с журналистами, а с пассажирами рейса. Кроме того, он вспоминает всемерную поддержку оказанную ему в аэропорту, а в здании редакции «Новой Газеты» в Москве собралось более 60 журналистов, но, к сожалению, он не успел туда заехать перед вылетом в Германию.
Перед освобождением Атовуллоев узнает, что таджикские власти, почувствовав, что официально Атовуллова вряд ли выдадут, планировали тайно похитить его при помощи оборотней в погонах в России. В Таджикистане в течение недели только об этом и говорили, вспоминает Атовуллоев, даже глава КГБ Таджикистана звонил Мирзо Зиёеву (тогда руководитель МЧС, полевой командир ОТО), говоря, что скоро, мол, твоего дружка «привезут, и я лично его придушу».
Как сообщают очевидцы тех событий, народная поддержка ощущалась семьей журналиста и в Таджикистане. Люди переживали и молились за то, чтобы Атовуллоев не попал в руки таджикской карательной машины. Много людей посещали его родительский дом в Таджикистане, выражая поддержку. Однако родственники журналиста скрывали этот факт от его матери, переживая за её здоровье, они встречали гостей у ворот и просили не говорить при матери о том, что происходит. Благодаря их стараниям, она узнала о произошедшем уже когда Дододжон был освобожден из прекрасного репортажа “Радио Свобода”, в котором Аббоси Джаводи в подробностях освещает все произошедшее и чем, в конце концов, закончилась эта удивительная история.

«Любой человек, который идёт против Рахмонова, должен знать, что с ним могут случиться три вещи: либо его посадят в тюрьму, либо его убьют, либо заставят покинуть страну и держать рот на замке…»
Д. Атовуллоев. Пражский Экспресс, август 2013.

Продолжение борьбы

ZQJcNDV5IwMПосле вышеописанных событий Атовуллоев получил мировую известность. Вернувшись в Геманию и живя в Гамбурге, он продолжил заниматься общественной деятельностью, встречаться с журналистами и политиками, участвовать в различного рода мероприятиях, продолжать во всеуслышание обличать преступную таджикскую власть и её деяния.
В 2002 году Атовуллоев был приглашен в Канаду – ему была присвоена премия Канадского комитета журналистики (название неверное, требуется уточнение). По приезду в Канаду Атовуллоев и там встречался со многими известными политиками и журналистами. Атовуллоев вспоминает, что в тот вечер, когда должно было состояться вручение премии, он ожидал, что на церемонии будет около 50-60 человек, однако приехав в один из залов Торонто, где должна была состояться церемония вручения, он был удивлен, увидев, что гостей было намного больше – около 500 человек. В зале присутствовали множество представителей политической и бизнес элиты Канады, в том числе генерал-губернатор страны. Из соотечественников на этом мероприятии присутствовал со своей супругой и Равшани Темуриен – таджикский журналист, который живет в Канаде с 1999 года.
Атовуллоев вспоминает, что его просили заранее подготовить речь, с учетом большого количества высокопоставленных гостей на мероприятии. Однако в день получения премии Атовуллоев забывает очки и решает выступить не по бумаге. Перед выступлением гостям показали документальный фильм о нем, что было для него неожиданным сюрпризом. Он был очень взволнован, когда вышел на сцену и, растерявшись, почти минуту не мог ничего произнести. Затем он произнес «Дамы и Господа!», и увидел среди гостей хорошо знакомую ему приехавшую из Германии руководительницу известного немецкого фонда по защите политических изгнанников – это вдохновило его на речь, и он сказал: «Обычно журналистов обвиняют в том, что они говорят неправду. Но я не буду сегодня читать Вам заранее подготовленный текст, и прошу Вас потерпеть мой экспромт». Атовуллоев с умилением вспоминает, что после этих слов весь зал стал стоя ему аплодировать.

Попытка “примирения”

Ato-RahЗа все эти годы, Атовуллоев принял участие в десятках симпозиумов и конференций, всегда подвергая жесткой критике режим Рахмона, что только усиливало ненависть к свободолюбивому журналисту со стороны таджикских властей.
В 2002 году, получив немецкий travel паспорт (не гражданство, а документ для возможности международных поездок), Атовуллоев возвращается в Москву, где возобновляет выпуск «Чароги Руз». Как и раньше, журналист продолжает активные выступления в СМИ, участвовать в конференциях и различных мероприятиях, критикуя и обличая таджикские власти.
В безрезультатной борьбе за «голову» журналиста и в бессилии вести с ним конструктивный спор, пытаясь оправдать свои черные дела, официальный Душанбе попытался пойти на мировую. В 2002 году, особым указом Эмомали Рахмона, Дододжона Атовуллоева амнистируют. Возбужденное против него уголовное дело закрывают. Но непоколебимый борец за справедливость и настоящую демократию продолжает разоблачать преступную власть.

Из журналистики в политику

IvKLfAW4

В 2007 году Дододжон Атовуллоев создает и возглавляет движение «Ватандор» (Патриот). Поставленные перед движением цели заключались в объединении оппозиционных сил для мирной смены власти. В любой другой, по-настоящему демократической стране, данное движение могло бы быть официально зарегистрировано и открыто вести свою деятельность, но это не про Таджикистан. В 2008 году Прокуратура Таджикистана вновь возбуждает уголовное дело против Атовуллоева по обвинению в «оскорблении личности президента Эмомали Рахмона».

«Он был недоволен этим президентом с того самого времени, когда тот вступил на свой президентский пост. Против Дододжона неоднократно возбуждались подобного рода дела, и я не думаю, что на этот раз он написал что-нибудь необычное…»
Алексей Симонов, президент Фонда защиты гласности. Фергана ньюс, сентябрь 2008.

Но и самого опального журналиста эти надуманные, так называемые дела, никогда не пугали:

«Эти постоянные угрозы меня абсолютно не пугают, я никого и ничего не боюсь. Я не считаю себя каким-то героем, я – обычный журналист, пишу свои статьи, делаю газету и считаю, что нормально выполняю свой журналистский долг. Моя профессия опасная, тем более, в такой стране, как Таджикистан, да и при любом диктаторском режиме, который не приемлет никакой свободы слова. Я буду продолжать свою работу, буду писать то, что знаю, что могу, и надеюсь, что им не удастся похитить меня, как Махмадрузи Искандарова, председателя Демпартии Таджикистана, и заключить в таджикский зиндан».
Д. Атовуллоев. Фергана ньюс, сентябрь 2008.

В 2011 году Таджикистан получает очередной отказ российских властей об аресте и экстрадиции Атовуллоева в Душанбе. Тогда преступный режим решил прибегнуть к своей излюбленной тактике, Атовуллоева «заказывают». В январе 2012 года в Москве, на журналиста организовано нападение и попытка убийства. Получив несколько ножевых ранений Дододжон чудом выжил.

«Накануне Нового года я получил информацию из разных источников, в том числе и от высокопоставленных сотрудников ГКНБ Таджикистана, о том, что на меня готовится покушение. Мне настоятельно рекомендовали в кратчайшие сроки покинуть российскую столицу. Я решил остаться в Москве, потому что у меня остались здесь некоторые нерешенные вопросы.
В тот день я чувствовал, что за мной следят, вокруг моего дома ходят какие-то люди, стоят неизвестные машины. Я не прислушался к своей интуиции…»
Д. Атовуллоев. Би-би-си, январь 2012.

Власти Таджикистана этому покушению попытались придать окраску бытового конфликта, что бы отвести от себя обвинения, однако все понимали, что это не что иное, как заказ Душанбе.

«Дододжон – человек абсолютно мирный, интеллигентный, добрый, умный. Он умеет находить общий язык с людьми. У него были контакты с разными людьми – и с оппозиционными, и с деятелями режима Рахмона. У него никогда не было охраны и никогда у него не было конфликтов на бытовой почве…»
Даниил Кислов, редактор интернет-издания “Фергана.ру”. Январь 2012.

В 2012 году, таджикское правительство снова пыталось сделать запрос на экстрадицию Атовуллоева, однако, вспоминает журналист, Владимир Путин поставил на соответствующей бумаге резолюцию, написав «Рассмотрению не подлежит».
Одной из последних попыток задержать и экстрадировать Дододжона Атовулоева в Таджикистан была сделана в 2013 году. Летом этого года в аэропорту Тбилиси журналист был задержан по запросу Интерпола, где он числился как религиозный экстремист и террорист. Однако разобравшись в чем суть и дело, грузинские спецслужбы принимают решение отпустить Дододжона.
В 2015 году, после зверского убийства оппозиционера, лидера движения «Группа 24» Умарали Кувватова, создается новое общественно-политическое движение «Конгресс Конструктивных Сил Таджикистана» в состав которого входят различные оппозиционные политические движения, в том числе «Группа 24» и «Ватандор». На съезде новой организации, Атовуллоев единогласно избирается председателем движения. Целью и задачей нового объединения является мирная смена политической власти в Таджикистане. О деятельности и создании «Конгресса Конструктивных Сил Таджикистана» более подробная информация доступна на портале таджикской оппозиции TajInfo.Org.

«Когда мы жили на коленях, мы говорили: «Лучше умереть стоя, чем жить на коленях». Потом мы встали. Мы глотнули воздух свободы. И этот глоток изменил нас. Конечно, один глоток слишком мало, чтобы встать с колен. Но этого вполне достаточно, чтобы не жить на коленях».
Д. Атовуллоев. PolitRus, март 2015.

Власти Таджикистана не оставляют попытки добраться до Атовуллоева, его постоянно в чем то обвиняют, навешивают ярлыки, приписывают к террористам и экстремистам. Молодые люди, в основном студенты, которых таджикские спецслужбы регулярно направляют к стенам посольств США и Германии в Душанбе, требуют экстрадиции Дододжона. Они даже не понимают, о ком говорят, не знают всей глубины вопроса, сложившейся ситуации. Не осознавая истинных мотивов и искреннего желания изменить ситуацию в стране, студенты становятся жертвами одурачивания и использования в корыстных целях нелегитимными властями Таджикистана.

Громкие разоблачения

hqdefault

Среди самых примечательных разоблачений преступлений режима Рахмона, в деятельности Атовуллоева можно отметить так называемое «Дело летчиков». В 2011 году, в Таджикистане были задержаны российские летчики – дело было очень громким, резонансным и нашумевшим. Атовуллоев, освещая события вокруг «дела летчиков» обнародует истинную причину задержания их таджикскими властями. В частности, власти Таджикистана хотели добиться лишь одного – освобождения задержанного в Москве наркоторговца в особо крупных размерах, сына родственника Рахмона Амонулло Хукумова. И на самом деле, крупнейший наркобарон был освобожден 31 декабря 2011 года, а уже 12 января 2012 года на Атовуллоева в Москве было совершено покушение. Атовуллоев вспоминает, что его предупреждали о готовящемся покушении, но он не предпринял никаких мер, чтобы его предотвратить.
41655918Еще одним очень громким разоблачением можно назвать репортаж о свадьбе Рустама Эмомали – сына Эмомали Рахмона. Сотрудничая с телеканалом «К+», Атовуллоев регулярно делал передачи о преступлениях режима Рахмона, которые смотрели миллионы таджикистанцев посредством спутникового вещания. Ролик в видео-хостинге YouTube со свадьбой королевского размаха для президентского отпрыска, проведенной в нарушении всех существующих законов и норм Таджикистана, а также на фоне нищенствующего и бедствующего народа, собрал более десяти миллионов просмотров, а 67 телеканалов мира цитировали, комментировали и демонстрировали фрагменты этой передачи.

Дододжон Атовуллоев вспоминает, что покойный Умарали Кувватов – лидер оппозиционного движения «Группа 24», цинично убитый в Стамбуле в марте 2015 года, при разговоре с ним упоминал о передачах «К+», которые вел Дододжон Атовуллоев. Кувватов вспоминал, что как-то раз смотрел такую передачу с Шамсулло Сохибовым (зять Рахмона, рейдерским захватом лишивший бизнеса Кувватова), который выругавшись матом и ударив кулаком по столу, сказал: «Дододжон Атовуллоев ничего не сможет сделать, но настроение «шефа» испортится». Умарали сказал, что именно в тот момент у него в душе зародилась искра протеста против режима Рахмона. В дальнейшем Умарали Кувватов также будет давать интервью телеканалу «К+».

Атовуллоев вспоминает, что тогда таджикские власти, чтобы предотвратить вещание телеканала «К+» на территории страны, получили от китайцев специальное секретное оборудование, при помощи которого на спутник вещания доставлялся вирус, который блокировал его. После нескольких подобных атак руководство канала приняло решение прекратить вещание передач Дододжона Атовуллоева.
Послесловие
Неоднократные попытки ареста и экстрадиции Дододжона Атовуллоева, его амнистирование Рахмоном и даже организация покушения не заставили демократа до мозга костей предать свои идеалы. Журналист и сегодня продолжает опасную борьбу за справедливость и верховенство закона в Таджикистане. Его пытались купить, убить и посадить, но все это ни на грамм не повлияло на его стремление установления в республике настоящей демократии, построения социально ориентированного государства, создания достойной жизни граждан. А все случаи освобождения задержанного журналиста, когда иностранные государства, разобравшись за что его пытаются заполучить таджикские власти, говорят о его невиновности в лживых обвинениях режима.

Интернет Журнал Таджикской Оппозиции, январь 2015 года.